Первое богослужение
14 июля православная общественность отмечала праздник в честь святых бессребреников и чудотворцев Космы и Дамиана. В этот день благодарственное богослужение прошло в возрождающемся храме Рождества Пресвятой Богородицы в Костине. Ровно год как идёт непрерывное строительство храма, и состоявшаяся служба – первая с момента его возрождения. Храм строится исключительно на пожертвования горожан и благотворителей.
Калининградская правда, №80, 19 июля 2005 года
Всем миром
Торжественный молебен о воздвижении свода отслужен в королёвском храме Рождества Пресвятой Богородицы. Как рассказал его настоятель, священник Борис Куликовский, стройку эту можно назвать поистине народной.
– Храм воздвигается, как в старину, всем миром, на пожертвования верующих. Сейчас одной из строительных организаций на благотворительной основе предоставлен башенный кран, мы приступаем к сооружению свода и арочных перекрытий и надеемся на существенный рывок в начавшемся сезоне, – пояснил отец Борис.
Храм Рождества Пресвятой Богородицы, рассчитанный на 1200 прихожан, возрождается в районе разрушенной в 30-е годы одноимённой церкви и обещает стать истинным украшением города.
Калининградская правда, №42, 19 апреля 2005 года
Первый юбилей храма
Первый юбилей отметил королёвский храм Рождества Пресвятой Богородицы. История его уходит вглубь веков: одноимённый храм построил в Костине ещё приближённый царя Грозного… А разрушен он был полстолетья назад, в пору воинствующего безбожия, когда самому слову «церковь» пытались придать негативный оттенок…
2004 год – Строительные работы. Консервация храма на зиму.
Помощь
В нашем городе совершается чудо: возрождается храм Рождества Пресвятой Богородицы по адресу: улица Калининградская, дом 1. Как известно, одноимённый храм был здесь разрушен в середине прошлого века. История документально сохранила имена разрушителей. Это — исполком Костинского горсовета и п/я 930 (впоследствии КПО «Звезда-Стрела»). Как принято говорить, тогда время было такое.
По вере вашей
В нашем городе совершается чудо. На виду у всех, «имеющих глаза видеть» (Иез. 12:2), второй год возрождается храм Рождества Пресвятой Богородицы по адресу: улица Калининградская, дом 1. Завершается этап второго строительного сезона. Как известно, одноименный храм был здесь разрушен в середине прошлого века. История документально сохранила имена разрушителей. Это — исполком Костинского горсовета (ныне — городская администрация) и п/я 930 (впоследствии КПО «ЗвездаСтрела», ныне — ОАО «Корпорация «Тактическое ракетное вооружение»). Как принято говорить, тогда время было такое.
Возрождение святынь
В нашем городе идёт интенсивное строительство. Мы к этому привыкли. Но с особым чувством люди приглядываются к одной стройке на Калининградской улице — центральной городской трассе, где второй год возрождается храм Рождества Пресвятой Богородицы. Прекрасный одноимённый храм стоял здесь, в Костино, триста лет. Был разрушен в 1954 году, и на его наполовину уцелевшем фундаменте был выстроен жилой дом №32 по ул. Дзержинского. Кирпичи и другие материалы от разрушенного храма пошли на строительство этого дома.
Православным языком о православии
В Музейной гостиной городского краеведческого музея состоялась встреча с Борисом Куликовским, священником храма Рождества Пресвятой Богородицы.
«Христос воскресе из мёртвых, смертию смерть поправ, и сущим во гробех живот даровав», — с молитвы началась встреча. Ею же, к слову, и закончилась.
Долгая дорога к ХРАМУ
Сотни людей пришли ранним утром 26 ноября к временному помещению храма Рождества Пресвятой Богородицы на улице Ильича в городе Королеве. В этот торжественный день по благословению Его Высокопреосвященства, Высокопреосвященнейшего Ювеналия, Митрополита Крутицкого и Коломенского состоялась закладка камня под главный престол строящегося храма Рождества Пресвятой Богородицы на улице Калининградской, дом 1.
Покаяние и Воскресение
Дорогие братья и сестры! В г. Королёве Московской области началось возрождение разрушенной во дни советской власти православной святыни — храма Рождества Пресвятой Богородицы.
Этот великолепный каменный храм был построен тщанием царского стольника Феодора Ивановича Космина в 1689 году. В последующие годы здание церкви все более благоустраивается и благоукрашается. В 1863 году княгиня Екатерина Гавриловна Долгорукова пристраивает колокольню; а в начале XX века крупный фабрикант А. Н. Крафт, бывший старостой, проводит в церкви центральное отопление.
Крестный ход и молебен на освящение участка земли (2003 г.)
Призыв
Открытое письмо Главе города Королёва А.Ф. МОРОЗЕНКО Депутату Госдумы А.Г. БАСКАЕВУ Совету депутатов города Королёва Депутату города Королёва В.Н. БАРАНОВУ
Многая лета, отец Борис!
8 апреля исполнилось 65 лет настоятелю церкви Рождества Богородицы, что в Костино, священнику Борису КУЛИКОВСКОМУ (на снимке). Давний житель города Королёва, отец Борис с 1997 года возглавляет православный приход, поставивший задачу восстановить церковь, порушенную в годы гонений. Дело трудное, но, безусловно, радостное. «Лествица» желает уважаемому батюшке доброго здоровья и скорого исполнения всех его замыслов и надежд.
Сегодня мы публикуем беседу со священником Борисом Куликовским, которую ведёт клирик Свято-Владимирского храма священник Феликс Стацевич.
— Батюшка, я задам вопрос, который Вы, надо полагать, не однажды уже слышали: Ну как же так, Вы, научный работник, кандидат технических наук, преподаватель высшей школы с большим стажем — и вдруг стали человеком верующим и, более того, священником?! Как такое могло случиться? Расскажите, пожалуйста, с самого начала.
— С самого начала если начинать, надо вернуться к далекой ранней поре жизни. Учился я в сороковых годах. Знаем, что это была за эпоха. Слово «церковь» уже само по себе было бранным. Школа, потом институт — я заканчивал МВТУ им. Баумана — не способствовали ни размышлениям о Боге, ни какому-либо общению с церковью. Всё это было под запретом. Но ощущение Бога тем не менее не покидало. Ну, и когда уже пришлось окунуться в самостоятельную жизнь, в научную работу, естественные для молодого человека думы о смысле жизни привели к размышлениям о Боге. Позже, в начале 70-х годов, у меня появился духовный наставник архимандрит Леонид, тогда ещё служивший в Москве. Общение с ним дало толчок к более глубокому осмыслению мира. Он давал мне духовную литературу. Я познакомился с творениями Отцов Церкви, со Священным Писанием. Благодаря отцу Леониду, я прикоснулся к церковной традиции. Когда же предметом моих научных интересов стали автоматизированные системы управления и электронно-вычислительные машины, это помогло мне укрепиться в вере. Взаимодействие объекта управления с управляющим органом сначала в малых масштабах, масштабах предприятия, города, отрасли, наконец, в масштабах республики и государства навело на неизбежные мысли: а Кто же управляет Земным шаром, Солнечной системой, вообще всей Вселенной? Вот с такой неожиданной стороны пришло ко мне решение принять крещение. Конечно же, это было долгожданным для моего наставника — отца Леонида. Нет, никаких разговоров о священстве у нас с ним тогда ещё не было, просто он расширял мой кругозор. Но когда я в 1978 году приехал к нему в Вильнюс — он уже в это время переехал туда из Москвы — и объявил о своей готовности сознательно принять Святое крещение, он обрадовался.
Да, у меня и до этого были знакомые, которые убеждали меня, что надо креститься, что это «оздоровительно» и т.п. Но я отвергал их доводы, пока, наконец, сам не убедился в жизненной необходимости такого шага. Я его сделал осмысленно. Так я стал православным христианином.
— Батюшка, вот и в то время такое говорили, и теперь многие люди говорят, что нужно обязательно креститься. Но в церковь при этом не ходят и ходить не собираются. Говорят, что Бог у меня в душе, и никакие посредники мне не нужны…
— Я таких людей не осуждаю. Я даже в какой-то степени их понимаю. Значит, не настало ещё время. Они придут. И это будет зависеть не в последнюю очередь и от нашей совместной работы, и от меня, в частности.
— Батюшка, итак, Вы крестились в 1978 году и сразу стали в храм ходить?
— Нет, период приближения ещё был. Я принял крещение и на какое-то время успокоился…
— Надолго?
— Это «успокоение» продлилось несколько лет. Только в начале 80-х годов я стал ходить в храм. А пока шло интеллектуально-культурное освоение, что ли, занятых позиций. Мне казалось: я крещёный теперь и этого достаточно.
— Ну, а как изменилась Ваша жизнь после крещения? Как отнеслись к этому окружающие Вас люди?
— Нет, с людьми, которые отвергали Бога, у меня, кроме деловых, служебных, не было никаких отношений. А те, которые как-то сочувствовали христианству, вместе со мной тоже постепенно восходили к Вере. Теперь многие из них являются прихожанами, моими прихожанами в том числе.
— Ну, а всё-таки, ощущение, что жизнь изменилась кардинально, было у Вас?
— Как-то всё произошло у меня в жизни так естественно и гармонично, как всякий человек естественно и гармонично входит в свой физический рост. И мое духовное прозрение, и все последовавшие за ним перемены я воспринял тогда, а теперь тем более, как самый естественный ход вещей. Хотя, конечно, я сознаю: 1978-й год разделил как бы мою жизнь надвое. До этого был мучительный поиск ответа: для чего дана жизнь? Теперь совсем другая проблема: как спастись? Однако эта перемена произошла так неожиданно и вместе с тем органично, что я её как бы даже сам не заметил, проглядел, что ли. Ну вот как после тёмной ночи вдруг при ярком солнечном свете смотришь вокруг, и уже трудно представить себе темноту.
— Здесь уместно слово «органично»?
— Да. Без всяких надрывов, трагедий. Как подросток, который периодически отмечает на стене свой рост в сантиметрах, удивляется: неужели я был таким ещё вчера? Однако факт налицо. Но меня здесь смущает, что эти зарубки на стене в духовном плане говорили бы не в мою пользу. С годами я всё больше и больше обнаруживаю своё незнание. Больше того, у меня такое ощущение, что я раньше был более осведомлённым. Я всё в жизни лучше понимал. Просто беда.
— Да, в молодости кажется, что на все вопросы есть ответы…
Итак, батюшка, Вы размышляли о смысле жизни, об устройстве мира, и эти размышления привели Вас к крещению. Несколько позже Вы стали ходить в церковь. Скажите, а когда Вы стали служить в церкви? И как это сочеталось с Вашей светской работой. Карьерой, если угодно?
— В 1981 году я поступил в хоровой ансамбль. Он назывался «Виват». Я вообще всю жизнь пою, ещё со студенческих лет пел в хоровом коллективе МВТУ. И после тоже… Так вот, «Виват» исполнял уже в ту пору церковные песнопения. Я услышал эти напевы, мне захотелось как-то приобщиться к ним. Руководил хором Игорь Журавленко, помогал ему Евгений Тугаринов, тогда ещё совсем молодой человек. Хор был приписан к Московскому хоровому обществу, мы снимали помещение, репетировали. Там я познакомился с человеком, у которого на Патриаршем подворье в Переделкино был духовник. Здесь, в городе, я опасался ходить в храм, потому что как-то пришёл в Болшевскую церковь, и у меня сразу случились неприятности на работе. Мужчин тогда было мало в церкви, и они потому были хорошо заметны. Узнали, донесли… Как так? Доцент, кандидат наук, преподаватель, со студентами общается… Меня вызвали в деканат, на факультете прорабатывали. Но как-то Господь так распорядился, что мне рано было ещё оставлять работу — скандал постепенно сошёл на нет. Конечно, в Болшевский храм я больше не ходил, а нашёл более безопасным ездить с моим новым знакомым в Переделкино. По воскресеньям. Через некоторое время, где-то в 1985 году, стал помогать в алтаре.
— Батюшка, Вы упомянули о своей научной, преподавательской работе. Скажите, пожалуйста, несколько слов и об этом. Когда Вы защитились? Какая тема диссертации?
— Я закончил МВТУ в 1962 году. По институтской специальности я — радиоинженер. Работал на различных «почтовых ящиках»: ракеты, головки самонаведения и прочее. Потом я окончил трёхгодичные курсы иностранных языков, в совершенстве овладел английским. Больше нравилось учиться, даже не думал, куда эти знания применить. Через несколько лет стал работать в Горном институте. Там разрабатывалась тема подземного радиоуправления. И я работал над этой темой, а в 1970 году защитил диссертацию. Она называлась «Радио- и телеуправление горнодобывающим оборудованием». Тогда носились с идеей безлюдной выемки. «Шахта будущего»! То есть, всё автоматизировано: сидит наверху человек и нажимает кнопки, а там, внизу, уголь насыпается прямо в вагонетки… И всё это «вырулило» на те самые автоматизированные системы управления. В моём случае это были АСУ предприятий. Ну уж а эти «Автоматизированные системы» привели меня к вере в Бога.
Ну и, конечно, работа со студентами: зачёты, экзамены, лабораторные, лекции. Всё это было…
— Но вернёмся к Вашему церковному служению. В 1985 году Вы стали прислуживать в алтаре…
— Да, по воскресеньям, в Переделкино. В свободные минуты я изучал богослужение. Отец Владимир, тамошний настоятель, дал мне «Настольную книгу священнослужителя», старое, ещё дореволюционное издание Булгакова. Я её основательно проштудировал, законспектировал.
— Академический подход. Систематический, научный…
— Ну, конечно, все варианты разобрал. У меня эти мои конспекты сохранились. Они мне дороги.
— И, наконец, Вы стали думать о своём служении Церкви?
— Да, в это самое время мне стало понятно: здесь берег. И я стал склоняться к радикальной перемене жизни. В это время я писал маме в монастырь под Вильнюсом, где она жила, что я глубоко несчастлив, занимаюсь напрасным делом, сам себя «объедаю», трачу себя на пустое. Моя научная тема — утопична, в институте — игра: я делаю вид, что я строгий, а студенты делают вид, что меня боятся. Я просил маминого благословения всё это бросить и заняться делом, ради которого, может быть, я и родился. Это был уже конец 80-х. Размышления мои не были простыми: ведь у меня семья, дети. Так сразу не бросишь всё. Но в 1989 году я, наконец, объявил, что хочу стать священником. Отец Кирилл (Павлов) меня благословил. И с этого времени я стал свою светскую карьеру сводить на piano. В 1990 году я подал прошение на рукоположение. В 1991 — состоялась моя первая — дьяконская — хиротония. Я уволился из института, хотя только-только прошёл конкурс на следующие пять лет. Моё заявление имело эффект разорвавшейся бомбы. Я был на кафедре не последним человеком, кадровым сотрудником и когда объявил о своём уходе, все просто обомлели.
Я стал служить там же, в Переделкино. Первые пять лет — дьяконом, а в 1995 году состоялась моя иерейская хиротония. Я стал священником.
— Батюшка, теперь Вы настоятель храма Рождества Богородицы у нас в городе. Это — совсем новая страница Вашей биографии. Давайте её перевернём. Расскажите, пожалуйста.
— Мысль о строительстве храма зародилась у меня в 1994 году, ещё когда я служил дьяконом. Я обратился к отцу Кириллу, изложил ему свои замыслы. Он, как сейчас помню, наклонил голову и сказал: «Ну, а как вы будете строить? А где деньги?» «Бог пошлёт», — отвечаю. «Ну, хорошо. А кто помогать будет?» «Бог пошлёт», — отвечаю. Он опять задумался. Помолчал. И вдруг говорит: «Ну, благослови вас Бог!»
Я хотел построить церковь в Валентиновке, и с этой мыслью, а теперь и с благословением известнейшего старца, я прожил ещё несколько лет. В 1997 году я объявил об этом намерении своему духовнику, отцу Леониду. (Это мой грех: сказал сначала о. Кириллу, а потом — своему наставнику.) Отец Леонид сказал: да! И у меня прямо какое-то ощущение силы появилось, реальной силы, хотя я в тот момент совершенно не представлял себе — как и насколько это сложно. Я только сейчас познал меру этих трудностей. Меня даже спрашивают теперь: ну а если бы знал раньше — взялся бы? Я отвечаю: взялся бы (смеётся). Планы? План один: я не говорю сейчас так дерзко — построить храм, а говорю осторожно: все силы, сколько уж у меня осталось, приложить к реализации этого намерения. А построю я или кто другой — это уже дело второстепенное.
— Я хочу спросить Вас о Ваших прихожанах, о Ваших сотрудниках, соратниках. Есть, кому знамя подхватить?
— Я влюблён в своих прихожан. Мне кажется, нигде нет таких прихожан, как у нас, ни в каком другом храме. Такие они славные, милые, сердечные. И соратников Бог послал. Есть верные, надёжные помощники, готовые, если я где споткнусь, «подхватить знамя».
— Есть такое довольно расхожее мнение: зачем, дескать, вы храмы строите. Страна в упадке, брошенные дети, нищие больницы, заводы стоят, люди бедствуют, да и храмы уже есть, зачем — ещё?
— Храмы строят те, которые хотят строить, и они жертвуют на это средства. Это их святое право. В Москве стояло «сорок сороков», и никому не казалось, что много. Сейчас сонное и аморфное у нас мышление и расположение духа. Бог попустил многие нестроения в нашем обществе, но ведь нужно как-то противостоять им. И достойная альтернатива и наркотикам, и прочим безумствам, которым предаются люди, — церковь.
— Батюшка, Вы сказали уже о своём участии в хоре. Вижу у Вас на столе томик Булата Окуджавы. Расскажите, пожалуйста, об этой стороне Вашей жизни. Что занимает Вашу душу, что Вы читаете, как проводите свободное время, если, конечно, оно у Вас есть?
— Времени, конечно, нет. Ничего не слушаю, да и книг не приобретал давно. Но с юности осталась любовь к хорошей поэзии. Прозу люблю хорошую.
— Можете назвать какие-либо имена?
— Очень люблю Окуджаву. Есенина люблю. Это ещё с юности у меня. Люблю русскую классику: Толстой, Гоголь, Тургенев. Из зарубежных — Хемингуэй, Фолкнер, Гамсун. Ну, и других, конечно. Чехова очень люблю. Достоевский — это вообще моя «болезнь». Что до свободного времени — его нет. Я каждый день в храме, с утра до вечера. Всякие разъезды бывают и прочие дела, связанные с предстоящим строительством. Вся жизнь у меня сейчас настроена на это. Ну, а если какие-то крохи времени выдаются, с удовольствием вожусь с внуками. Домашние, конечно, на меня смотрят с удивлением: прихожу, еле на ногах держусь, а внуки попадают в объятия и… откуда силы берутся!
— Батюшка, наш разговор завершается. Что бы Вы хотели пожелать в день своего рождения — не удивляйтесь! — себе, своим прихожанам, жителям нашего города?
— Прошу у Бога дать мне силы, чтобы как можно дальше продвинуться к цели: построить храм. Хочу пожелать «многая лета» своим помощникам, соратникам, прихожанам, всем православным христианам. Согражданам нашим желаю духовного здоровья, желаю, чтобы духовное пробуждение скорее наступило. Я желаю процветания и нашему Отечеству, и граду нашему. Это будет. Сроки — опасная тема, но это — будет!
— Батюшка, это были Ваши пожелания. А с чем Вы связываете свои надежды?
— Ну, я всё-таки надеюсь ещё потрудиться в избранном направлении. Все мои надежды, все мои устремления, все мои помыслы, всё, с чем я засыпаю и пробуждаюсь, теперь сводится к одному — к созиданию Храма. Всё остальное как-то ушло на второй план. В сопровождение. В аккомпанемент. А мелодия — одна: Храм.
— Батюшка, спаси Вас Господь за беседу, за то, что подарили нам свои драгоценные время и внимание. Скажите, пожалуйста, напоследок что-нибудь от себя, без всякого вопроса.
— Да, хочу ответить словами своего любимого поэта. У него есть такое стихотворение «Пожелание друзьям»:
Давайте понимать
друг друга с полуслова,
Чтоб, ошибившись раз,
не ошибиться снова.
Давайте жить, во всём
друг другу потакая,
Тем более, что жизнь
короткая такая…
Калининградская правда, №№75-76, 9 апреля 2002 г.
Ведомость о церкви
Из архивной справки Центрального исторического архива Москвы № Т-2133/224 от 10.10.2001:
Настоятелю храма Рождества Пресвятой Богородицы Куликовскому Б.
На Ваш запрос сообщаем, что в фонде «Канцелярия епископа Серпуховского, викария Московского» в деле «Клировые ведомости церквей 6 округа Московского уезда» за 1916 г. имеется клировая ведомость церкви Рождества Богородицы села Костино Московского уезда Московской губернии. В клировой ведомости указано «Церковь построена в 1689 году тщанием стольника Федора Иванова Космина. в 1835 г. возобновлена помещицей княгиней Екатериной Гавриловой Долгоруковой, в 1913 году возобновлена тщанием и на пожертвования церковного старосты г-на Крафта.
Зданием каменная, теплая, с каменной, отдельно стоящей колокольней, построенной в 1863 году тщанием помещицы княгини Варвары Никитиной Долгоруковой…
Престолов – 1 во имя Рождества Пресвятыя Богородицы… (далее…)