Проповеди

За что мы любим Бога

kosma-i-damianНа некоторые события, которые никогда раньше не имели места в нашей жизни, но однажды произошли, мы обращаем особое внимание. Мы в них или поучаствовали, или просто засвидетельствовали как заслуживающие внимания, и эти события для нас стали памятны.

no images were found

На некоторые события, которые никогда раньше не имели места в нашей жизни, но однажды произошли, мы обращаем особое внимание. Мы в них или поучаствовали, или просто засвидетельствовали как заслуживающие внимания, и эти события для нас стали памятны. Например, наш личный день рождения. Никто никогда раньше такого дня не знал, но вот мы родились, и этот день теперь свято чтим, неизменно напоминая ближним: «Сегодня я родился в мир!» Бывают, конечно, и другие события. Например, какое-то великое дело совершилось. И этот день в календаре мы тоже обводим в кружочек. Потому что не все же в жизни должно предаться забвению.

Вот и в нашем приходе произошло событие, в котором мы приняли участие. Может быть, для того, чтобы принять участие в этом событии, мы и пришли в мiр. Я имею в виду возрождение храма, где мы совершаем сейчас Божественную Литургию.

Мы уже привычно приходим в храм — и на службу, и пообщаться со священником, а то просто, с детишками, посидеть в церковном дворике, отдохнуть на скамеечке. Тем, кто недавно пришли сюда (а таких, слава Богу, с каждым годом становится все больше), — им, может быть, кажется, будто храм тут стоит испокон века. И мало кто помнит здесь заброшенный пустырь, окруженный диким кустарником, маленькую полянку, замусоренную, обращенную в одну из городских свалок. Чуть поодаль, в ста метрах от нее, стоял старинный храм, построенный в 1689 году на собственные средства царским стольником Федором Кузьминым. Храм тот был варварски разрушен безбожной советской властью в середине прошлого века. На его фундаменте тогда же построили жилой дом № 32 по улице Дзержинского. Городские власти после долгих колебаний выделили в 2002 году эту полянку сроком на три года для возрождения храма.

Только полянка оказалась «с сюрпризом»: она была сплошь нашпигована подземными коммуникациями — кабелями, трубами и прочим «обременением», — вынос которых из-под пятна будущей стройки по затратам был едва ли не сопоставим с самим строительством. Тем не менее счетчик времени заработал.

Но может ли богоугодное дело остановиться, если даже кто-то этого и захочет? Господь простирает Свою десницу, — и все помехи устраняются.

Мы помним, как 14 июля, семь лет назад, сюда приехал экскаватор с грузовичком-самосвалом. Мы тогда плохо себе представляли значение этого события. Мы стояли и смотрели. Утро было ясное, солнечное. Накануне ночью прошел дождик, было свежо, хотя солнышко сияло. Экскаватор вдруг затарахтел, задымил, проворно с ревом зарылся ковшом в грунт, и грузовичок натужено дрогнул, приняв в кузов тяжесть первого кома земли.

Это и было, оказывается, началом практического возрождения нашего храма.

С тех пор, как мы уже заметили, прошло семь лет. За это время многое изменилось и в стране, и в общественном сознании. По благословению Его Святейшества, личной инициативе президента и правительства возродились тысячи порушенных святынь, вознеслись новые храмы. Похоже, в одном только нашем городе, как в сказочном пространстве зазеркалья, по сей день сохранился ледяной панцирь противостояния властей церковному возрождению с той, еще советской, поры, когда в течение нескольких десятилетий город был «закрытым», образцово коммунистическим.

Однако трудности нас только закалили. Как закаляется сталь, представляем себе? Так и нас: то обдают жаром щедрых обещаний помощи и содействия, то тут же окатывают ушатом ледяной воды равнодушия и вероломства. А мы как не унывали, так и не унываем!

Мы стоим в нашем храме. Милость Божия снизошла, Господь дал нам храм, чтобы мы его берегли, украшали, чтобы мы его любили. Ведь это — Дом Божий. У кого есть или были малые дети, помнят, с какой любовью и заботой они устраивали своему ребенку детский уголок, чистенький, уютный. Чтобы у ребенка было счастливое детство. Мы любим детей за их незлопамятность, открытость, беспомощность, за их всепрощение. Господь говорит, таковых есть Царство Небесное.

Мы и Бога тоже любим. Только за что мы любим Бога? За Его всемогущество? Вряд ли. Оно нас скорее пугает. Всеведение, всевидение? Но это нас еще больше смущает, мы порой не знаем, куда укрыться от Него. А любим как раз за то, что Он Сам для нас — как ребенок. Ребенок, который спит, или спрятался в своем уголке, а мы делаем вид, будто ищем и не можем найти его. Как и ребенка, который спит или спрятался, — мы не видим и не слышим Бога. Ребенка мы можем обидеть, или взять у него что то, пока он спит и не видит, можем в сердцах или приступе безумия разрушить самый его детский уголок, как разрушали в стране весь XX век святые Божии храмы и обители, — всё можем. Как ребенок нам не препятствует, так и Бог нам всё попускает.

Бог, всемогущий, сотворивший из ничего мiр, теперь ничего в этом мiре Сам для Себя не может. (На самом деле — не хочет. Из жалости и любви к нам!). Ему обязательно «нужен» помощник — видимый соработник, человек. Вот за это-то мы и любим всемогущего Бога, что не препятствует нам выпятиться вперед своим собственным «всемогуществом», мол: — «Это я сам все сделал, всего добился, потому что такой сильный, умный, почти всемогущий! А Бог мне только помогал».

Поэтому, хорошо сознавая свою немощь, мы смиренно говорим сегодня: — «Слава Богу! Это Бог все сделал. Построил нам храм — нашими видимыми руками. А мы лишь послушно не уклонялись».

Сейчас мы видим по сторонам мраморные стены, а выше — бетонные, подготовленные к росписи. Со временем здесь будет удивительная красота. Мы поставили леса, чтобы можно было совершить роспись. Она уже началась. Это удивительное будет творение, потому что трудятся искусные мастера. Потерпим немного и помолимся. Об этом я вас умоляю, чтобы наша соборная молитва помогла выполнить задуманное.

Мы обращаемся сегодня и к нашим тайным покровителям, чудотворцам Косме и Дамиану, в Риме пострадавшим. Известны три пары одноименных святых бессребреников, живших в IV веке. Три пары святых братьев Космы и Дамиана: одна пара — в Риме пострадавшие, они были усечены мечом. Другая — аравийские святые Косма и Дамиан, — были камнями побиты. Наконец, ассийские святые Косма и Дамиан — сподобились мирной кончины.

Все святые, как видим, разную судьбу имеют и покровительствуют нам в разных случаях. Однако сегодняшние святые, римские Косма и Дамиан, подоспели нежданно-негаданно, мы даже не думали, что это наши тайные небесные покровители. Так стечение дел, я говорю в кавычках «случайно» подошло, что именно в тот понедельник 2003 года, в день их памяти 14 июля по новому стилю, у нас началось возрождение храма. И все изумляются той внешней легкости, с которой на Костинской земле вознесся храм. Повторяю, это не наши заслуги. Мы только были послушными исполнителями воли Божией, молитвами бессребреников и чудотворцев Космы и Дамиана, которые умолили Христа, чтобы для Его Пречистой Матери, в честь Ее Рождества, возродился этот чудный Дом Божий.

Всех вас благодарю бесконечно, дорогие мои, за ваши святые молитвы! Прошу и впредь их неослабно умножать — на дальнейшее благоукрашение и роспись нашего храма.

Настоятель храма, протоиерей Борис КУЛИКОВСКИЙ

/* ]]> */