События

Земное Отечество и Царство Небесное

У Антона Павловича Чехова есть рассказ, где отец семейства по вечерам садится со своим сыночком, достаёт географический атлас, и оба, не выходя из дома, совершают фантастическую познавательную прогулку по всему Земному шару, его странам и континентам. Что ж, ничего здесь нет предосудительного. Наоборот, это вполне согласуется со школьной программой изучения Божьего мира.

no images were found

У Антона Павловича Чехова есть рассказ, где отец семейства по вечерам садится со своим сыночком, достаёт географический атлас, и оба, не выходя из дома, совершают фантастическую познавательную прогулку по всему Земному шару, его странам и континентам. Что ж, ничего здесь нет предосудительного. Наоборот, это вполне согласуется со школьной программой изучения Божьего мира.

Но теперь мы время от времени удаляемся в некоторую секретную страну, которой не найти ни на какой карте мира, — так называемую «страну далече» (Лк. 15, 11–32). Что ж это за область такая чудесная? Оказывается, это тоже невещественная страна, как и невинное мысленное путешествие по атласу. Только это уже страна греха.

К несчастью, мы, порой сами того не замечая, удаляемся из своего «земного отечества», пределы которого имеют чёткие границы, очерченные совестью, в эту сладостно-манящую область, точь-в-точь как дети, взявшись за руки или в одиночку идут без ведома родителей в ближайший лес, не подозревая об опасности. Потом-то нас, конечно, настигает раскаяние. Совесть подсказывает: тревога! Нарушились дозволенные границы! Но мы медлим. По разным причинам. Носим в себе грех, стыдимся, прячемся, мучимся?- и?терпим. Живём. Грех, поселившийся в?душе, как уродливый нарост на теле, тоже, оказывается, живёт самостоятельной жизнью. Это тот непрошеный гость, которого мы однажды изгнали покаянием, но потом, приняв за друга, опрометчиво снова впустили в горницу своей души. Мысленно опрашиваем его: «Ты кто есть?». — «Я?твой, твой!?- отвечает бес, довольный, что провёл нас. — Твой старый знакомый!». «Когда нечистый дух выйдет из человека, то… говорит: возвращусь в дом мой, откуда я вышел,… идёт и берёт с собой семь других духов, злейших себя…; и бывает для человека того последнее хуже первого» (Мф, 12, 44–45). А чем хуже? Да тем, что бес этот не только саднит душу и отнимает подлинную незамутнённую радость, но постепенно укореняется. Ведёт разрушительную работу, усыпляет совесть. Поначалу острая мучительная боль постепенно притупляется, переходит в ноющую, периодически как будто вообще пропадает. Мы тогда радуемся и мечтательно ждём, когда она «забудется» и совсем исчезнет.

Осторожный же человек всё-таки встаёт на исповедь, кается. Потом, правда, снова согрешает, и тут уж, к сожалению, ничего не поделаешь: «нет делающего добро, нет ни одного» (Пс. 13, 3).

А здесь что плохого? Ну, удалился я чуть-чуть, скажет человек, получил удовольствие, насытился, получил кое-какой опыт, новые знания, ощущения, ведь это всё в конце концов — активная жизнь, обогащает душу. По крайней мере, будет потом, что вспомнить! Зато — вот же: возвратился, жив, здоров. Покаялся — и всё в порядке!

Теперь так может повторяться раз за разом, сначала изредка, потом всё чаще и чаще. Наконец, человек понимает: ну что толку каяться после каждого такого «похода» в эту «страну далече»? Да, я?удаляюсь туда. Но и возвращаюсь! А нас­чёт «покаяться» — покаюсь. Оптом как-нибудь. Сразу за всё — и стану свят!

Однако не учёл человек, что грех незаметно воздействует на его психическое, а потом и физическое состояние. Если мы удаляемся в «страну далече» «с помощью» курения, наркотиков, алкоголя или блуда, то это неотвратимо вредит здоровью. И человек, пусть не сразу, а спустя какое-то время, всё-таки спохватывается. Пытается вернуться назад. Но почему-то вот так сразу назад уже не получается. Не учёл человек, что против него всё время, подкарауливая его, работает бес. Последовательно включает он одно за другим звенья удивительного механизма, заманивая человека всё дальше и дальше в свои сети — в «страну далече»: любопытство, желание, привычка, потребность, страсть, зависимость. На каком же этапе мы спохватились? А ведь там уже, как говорится, и «преждевременная» смерть маячит.

Так мы попадаем в сети, куда враг человечес­кий искусно нас заманил, откуда потом выйти бывает тяжело. А иногда и очень тяжело.

Сам по себе человек выбраться оттуда вообще не может. Начинает метаться. Бросается то к колдунам, то к экстрасенсам — и только ещё больше запутывается.

Единственный правильный путь, как учит Церковь, — пост, молитва (Мф. 17, 21) и покаяние с?последующим воздержанием. А возможно, и?долговременное медикаментозное выздоровление. Как скажет врач.

Но здесь ещё другой аспект открывается. «Бог, неужели Ты не видишь мои страдания?!» Видит. Так что же Он медлит?! В том, что Он мне помогает, я не сомневаюсь, иначе бы и не обращался к Нему. Я же верующий! Но почему так медленно и по чуть-чуть? Ведь мне хочется выздороветь как можно быстрее! В чём же дело?!

Зная нашу лукавую природу человеческую, Господь не спешит нас вывести из недуга. Да,?простил (ведь мы покаялись?), как простил и расслабленного жилами, вчетвером принесённого на носилках к Его ногам (Мф.?9, 2–7). Открыл путь в Царство Небесное. А вот «взять постель свою и идти в дом» свой земной нам почему-то не говорит! Почему же?

Лукавство мешает. Наше лукавство. И?Господь это видит. Быстро выздоровел — как легко! Посмотрите, друзья, посмотрите, знакомые! Мне ничего не стоит войти в эту дверь, ведущую в «страну далече», и тут же выйти. Могу теперь покурить — и тут же бросить. На блуд сходить, наркотик принять и всё прочее — и ничего! Мне Бог теперь помогает. У нас с Богом особые отношения!

Вот почему не торопит Бог наш вещест­венный, телесный выход из пагубы, из «страны далече», в которую мы когда-то зашли.

Как же быть? Значит, всё напрасно? Курили — и курим, выпивали — и выпиваем. Противно, невмоготу уже, а воз и ныне там. Почему же мы не исцеляемся?!

Потому что наше сомнение (маловерие), а?вернее — недоверие Богу затмевает действие Его благодатного и целебного Духа на нашу душу. По этой же причине и среди жителей Галилеи Гос­подь не совершил никакого чуда: по неверию их (Мф. 13,?58). Мы не замечаем, как Бог нам помогает, как постепенно убывает наш грех, наш недуг, наше нездоровье, наша рабская зависимость от этого конкретного греха. Как бесы один за другим разбегаются из горницы души. И не благодарим Бога. Очерствел наш вещественный глаз. А?то, что, как нам кажется, медленно помогает, то здесь уже ничего не поделаешь. Если человек нетерпеливо подпрыгивает, торопит Бога и говорит: «Скорее, скорее, Бог, помогай же!»-то это говорит неблагодарный человек.

Мы часто забываем благодарить Бога. Не видим, не принимаем Его живое участие в нашей жизни, хотя только благодаря Его любовному дыханию и живёт человек (Пс. 103, 29–30). Мы и?друг друга-то обычно не благодарим. Благодарить для нас — унизительно, чуть ли не оскорбительно. Господь же говорит: ищите, просите — и будет вам дано, стучите — и откроют вам (Мф.?7, 7), но будьте и благодарны (Лк. 17, 18). Всякий отклик Неба на наши нужды должен восполняться нашим благодарением, как завершающий аккорд в?гармонии любви Бога к нам. В земной жизни — это необходимое условие возвращения души из «страны далече» в пределы «земного отечества», очерченные совестью.

И хорошо для души, если Хозяин Жизни, отверзая заветные врата, услышит привычное благодатное слово: «Благодарю!» как итог всей земной жизни в теле человеческом, и теперь как верный залог её спасения.

Проповедь настоятеля храма протоиерея Бориса Куликовского 3 марта 2013 года

/* ]]> */