Газета / Статьи

Русский Афон: 1000-летие стояния в молитве

Русский Афон является неразрывной и важной составляющей наследия Святой Горы как вселенской православной сокровищницы.

Афон в течение многих столетий играл исключительно важную роль в развитии отечественной духовности и культуры как в эпоху Киевской Руси, так и в последующие времена. Особенно важным было становление под воздействием Афона Киево-Печерского монастыря, который около 1000 лет назад стал своего рода «рассадником» и центром монашества, духовности, книжности, культуры и просветительства по всей Руси.

С тех пор влияние Святой Горы на духовное становление и развитие Руси играло решающую роль на протяжении всей её тысячелетней истории.

Исключительно важную роль играли связи Руси с Афоном в эпоху послеордынского нашествия. В это время выдающимся афонитом, внесшим весомый вклад в развитие русской духовности и культуры, был святитель Киприан (Цамблак), митрополит Киевский и всея Руси. Во времена его святительства на Русь привозится с Афона много книг, осуществляются переводы святоотеческих трудов, проводится богослужебная реформа и т. п. Под влиянием Афона на Руси начинается период «исихастского возрождения», глубоко отразившийся на формировании самобытной и глубоко духовной культуры Руси.

Яркими продолжателями и носителями афонского наследия на Руси этого периода были преподобный Сергий Радонежский и преподобный Кирилл Белозерский. Плодом их духовных трудов стал новый расцвет русского монашеского подвижничества, который принято называть «Северной Фиваидой».

Наиболее ярко влияние афонского исихастского наследия на Руси отразилось в древнерусском искусстве, в произведениях Феофана Грека, Андрея Рублева и Даниила Чёрного.

Важный вклад в восстановление связей между Русью и Афоном внёс преподобный Нил Сорский, который провёл на Святой Горе около 20 лет. Вернувшись на родину, он всячески пропагандировал приобретённые на Афоне духовные ценности и выступил одним из идеологов движения «нестяжателей». Другим важным «соединительным звеном» Афона с Русью был выдающийся греческий богослов и афонский подвижник преподобный Максим Грек.

Имел Афон важное значение и в деле сохранения Православия на Западной Руси, в период печально-известной Брестской унии. Влияние Афона на борьбу с унией и православное возрождение было столь велико, что в 1621 году на Киевском Поместном Соборе в специальном постановлении, известном под названием «Советование о благочестии», предписывалось: «Послать за благословением, помощью и советом на Святую Гору Афонскую, чтобы вызвать и привезти оттуда преподобных мужей русских: блаженного Киприана и Иоанна прозванием Вишенского и прочих, процветающих жизнию и благочестием, а также и впредь посылать русинов, расположенных к благочестию, на Афон, как в школу духовную».

Запорожское казачество в это время тоже поддерживало тесные связи с Афоном, приглашало оттуда опытных наставников и старцев, делало щедрые пожертвования на монастыри Святой Горы, осуществляло паломничества, а нередко немало казаков и сами принимали на Афоне монашеские постриги и подвизались в обителях Афона. В частности, после того как греки завладели Русиком (древнерусским монастырем на Афоне), при поддержке запорожских казаков на Святой Горе была предпринята попытка воссоздать новый Русик. Его роль на протяжении почти целого столетия выполнял основанный запорожцами в 1747 году святогорский скит «Чёрный Выр» (или «Мавровыр Русский»).

Естественным продолжением этой традиции было основание на Афоне Свято-Ильинского скита, у истоков создания которого стоял выдающийся выходец из семьи казачьих священников, преподобный Паисий Величковский. Основанная им монашеско-аскетическая школа, осуществлённые ею титанические труды по переводу святоотеческих творений на славянский язык, возрождение утраченных традиций православного старчества и исихазма дали мощнейший импульс не только к возрождению подлинного монашества и духовности на Святой Руси, но и к возрождению православной русской культуры, её возвращению к традиционным христианским устоям и ценностям. Именно последователи афонской школы преподобного Паисия (Величковского) — знаменитые старцы Оптиной пустыни — серьёзнейшим образом повлияли на формирование мировоззрения многих русских культурных и общественных деятелей XIX века, что существенно сказалось на их творчестве и деятельности.

Особенно тесными и плодотворными были традиционные связи с Отечеством у Русского на Афоне Свято-Пантелеимонова монастыря. После непродолжительного пребывания обители в руках греческих монахов, в начале XIX века она возрождается как непререкаемый центр русского монашества на Святой Горе. Эта святая обитель по праву считается твердыней Святой Руси на Афоне, в Уделе Божией Матери. Ещё одной цитаделью русского православия на Афоне в XIX веке был Свято-Андреевский скит.

Под духовным водительством опытных старцев Свято-Пантелеимоновой обители Иеронима (Соломенцова) и Макария (Сушкина) в XIX веке начался процесс возрождения и подъёма русского монашества на Афоне. Уже к концу XIX века численность русских монахов на Святой Горе становится равной численности греческих, а в дальнейшем стремительно растёт и начинает значительно превосходить её. В 1913 году число русских монахов на Афоне составило 5000 (из них более 2000 — в Пантелеимоновом монастыре), тогда как греков на Святой Горе было 3900, болгар — 340, румын — 288, сербов — 120 и грузин — 53.

В 1913 году на повестке дня даже стоял вопрос о предоставлении русскому Свято-Пантелеимонову монастырю статуса Лавры, а русским Андреевскому и Ильинскому скитам — самостоятельных монас­тырей. Однако последующие печальные события не дали этим планам осуществиться.

Уже к концу XIX века все три русские обители на Афоне — Пантелеимонов монастырь, Андреевский и Ильинский скиты — фактически объединились в одну большую общину. Пройдя через внутренние искушения и разногласия, оба скита признали духовный авторитет Русика, к которому даже обращались за помощью в урегулировании внутренних споров. К этому времени между ними сложились очень тесные, братские и единодушные отношения. Один из игуменов Ильинского скита писал игумену Пантелеимонова монастыря: мы, три Русских Обители на Афоне, как Троица Святая, — единосущны и нераздельны!

К сожалению, после трагических событий 1917 года и начала богоборческих гонений на православие в России очень сильно пострадал и Русский Афон. Из-за отсутствия в течение 80 лет притока новых монахов из Отечества все три русские обители на Святой Горе оскудели численно. В результате Андреевский и Ильинский скиты, а также многочисленные русские келлии и каливы на Афоне опустели, подверглись разрушению или отошли к грекам. Эта же угроза висела и над Свято-Пантелеимоновым монастырём, но чудом Божиим обитель устояла, оставшись единственным островком Святой Руси на Афоне.

Ныне, когда на Святой Горе вновь возрождается русское монашество, а вся Православная Русь готовится торжественно отметить в 2016 году его 1000-летний юбилей, очень важно восстановление памяти о роли и значении Афона в истории Русской Церкви и Святой Руси. Ведь подлинное возрождение возможно только через обращение к собственному духовному наследию и первоисточникам, где Святая Гора Афон всегда занимала одно из ведущих мест.

Как справедливо отмечает духовник Русского на Афоне Свято-Пантелеимонова монастыря иеромонах Макарий: «Русская земля связана со Святою Горою непосредственным духовным родством, поскольку русская монашеская традиция является летораслью, или отростком, святогорского монашества, пересаженным на русскую землю Божией, а не человеческой рукою. В силу этого духовного родства Русь искони имела пристанище, богодарованный уголок в Уделе Пречистой Девы Богородицы — русскую оби­тель, которую видимо хранил на протяжении веков Промысл Божий, судивший и определивший быть ей достоянием и отчизною наших со­отечественников, ищущих спасения на Святой Горе».

Материал с сайта afonit.info

/* ]]> */