Газета / Статьи

Святые новомученики Российские

Днесь радостно ликует Церковь Русская, / яко мати чада, прославляющи новомученики и исповедники своя: / святители и иереи, / царственныя страстотерпцы, благоверныя князи и княгини, / преподобныя мужи и жены / и вся православныя христианы, / во дни гонения безбожнаго жизнь свою за веру во Христа положившия / и кровьми Истину соблюдшия. / Тех предстательством, Долготерпеливе Господи, / страну нашу в Православии сохрани / до скончания века.

В конце января 1918 года, после принятия декрета об отделении Церкви от государства, большевики начинают закрытие церквей и монастырей, массовые расстрелы духовенства и верующих. Ниже — несколько наиболее известных преступлений.

25 января 1918 года в Киеве без суда и следствия убивают митрополита Владимира — старейшего тогда иерарха Российской Православной Церкви.

В феврале 1918 года расстреляны крестные ходы в Туле, Харькове, Воронеже, Шацке. Расстреляна толпа верующих при реквизиции имущества Белогорского подворья (Пермская епархия).

29 июня 1918 года в реке утоплен епископ Тобольский и Сибирский Гермоген, с камнем на шее, а вместе с ним и делегация верующих, просившая о его освобождении.

1 ноября 1918 года «национализируют» одну из важнейших святынь — Троице-Сергиеву Лавру, выгоняют монахов, закрывают Духовную академию. В начале 1919 года изгоняются монахи из Ново-Спасского монастыря, в котором устраивается концлагерь. Та же участь постигает многие другие монастыри.

В Свияжске епископа Амвросия замучили, привязав к хвосту лошади.

Епископа Исидора в Самарской губернии предали медленной мучительной смерти, посадив на кол. В Белгороде епископа Никодима забили железным прутом, тело бросили в выгребную яму и не разрешили хоронить. Епископа Платона Ревельского, обливая водой на морозе, превратили в ледяной столб.

В январе 1919 года повешен на Царских вратах в церкви архиепископ Тихон Воронежский, и вместе с ним замучены 160 иереев.

В феврале 1919 года в городе Юрьеве топорами зарублены 17 священников и епископов. Перед убийством большевики глумились над ними: напялили женскую одежду, пытались заставить танцевать, отрезали носы и уши. Убитых бросили на свалку.

«Пермские Епархиальные ведомости» за 1919 год приводят имена убитых к тому времени в этой епархии 2 епископов, 36 монахов, 51 священника, 5 диаконов, 4 псаломщиков, и против каждого имени указан вид мученической кончины: утоплен, исколот штыками, забит прикладами, задушен епитрахилью, заморожен, изрублен саблями, а чаще всего — расстрелян. Нередко встречается примечание: «Сам рыл себе могилу…»

В городе Богодухове монахинь привели на кладбище к вырытой глубокой яме, отрезали им груди и истекающих кровью бросили в эту яму; сверху бросили также живого старика-монаха и засыпали землёй, крича, что «справляется монашеская свадьба».

В Херсонской губернии трёх священников распяли. Духовника монастыря св. Магдалины схватили в церкви во время богослужения, силой раскрыли рот и с криком: «Вот тебе святое причастие!» — выстрелили в рот…

«…Такая ненависть и одержимость, с которой большевики преследовали священнослужителей, имела явный мистический, иррациональный характер. Это была религия с обратным знаком, выдвинувшая собственную „классовую мораль“, противоположную христианской нравственности. Показательно, что у Ленина самые грязные ругательства обращены не к политическим противникам, а к Богу.

Не случайно в рамках антирелигиозной кампании в городе Свияжске был установлен памятник Иуде, выдавшему Христа на казнь. Присутствовавший при открытии датский писатель Галлинг Келлер сообщал: „Местный совдеп долго обсуждал, кому поставить статую. Люцифер был признан не вполне разделяющим идеи коммунизма, Каин — слишком легендарной личностью, поэтому остановились на Иуде Искариотском как вполне исторической личности, представив его во весь рост с поднятым кулаком к небу“» (Н. Жевахов «Воспоминания»).

Всего в 1917—1921 гг. (ещё до умножения репрессий в связи с изъятием церковных ценностей в 1922 году) были убиты многие тысячи духовных лиц.

Лишь на фоне этих репрессий можно представить себе всю силу православной веры в России, которая устояла в этом испытании, продлившемся три четверти века.

«Русский дом», № 2, 2013

/* ]]> */